Никки, дьявол-старший

Фото: www.omsktime.ru

В прокате — возможно, самая горячая неделя года. На экраны выходит сразу несколько фильмов, предлагающих как минимум неповторимые зрительские переживания: Гаспар Ноэ погружает в наркооргию «Экстаза», Дэмьен Шазелл отправляет на Луну, а Николас Кейдж срывает башни в «Мэнди».

«Экстаз» (Climax)
Режиссер — Гаспар Ноэ

Зима 1996-го. В бывшей Югославии еще бушует война, Daft Punk и «Ненависть» Матье Кассовица впервые добираются до США, где в школе города Мозес Лэйк как раз происходит один из первых громких актов подросткового насилия. Тем временем во Франции в другой заброшенной школе где-то за городом собираются два десятка танцоров обоих полов и самых разнообразных этносов, диджей Дэдди (Кидди Смайл) и захватившая с собой ребенка хореограф (Клод-Эммануэль Гажан Молль) — чтобы отрепетировать изощренный номер для будущих выступлений. После финального — безукоризненно исполненного — прогона начинается вечеринка: Дэдди заводит на виниле гараж-хаус, парни и девушки присматриваются друг к другу, выбирая объекты для ухаживания, танцы становятся расслабленнее, по пластиковым стаканчикам разливается домашняя сангрия из большого таза, отхлебнуть которую успевает даже шестилетний Тито. Большая, большая ошибка — вместо алкогольного опьянения всех собравшихся ждет незапланированный, до невыносимости интенсивный приход. Кто же подмешал наркотики в сангрию и о каком именно веществе речь? Ответов не будет — только паника, хаос, насилие, секс. Жизнь, вдруг взвинтившаяся до сверхчеловеческих оборотов, и смерть как абсолютный, самый чистый и насыщенный из предлагаемых ей опытов.

Предельно интенсивным оказывается и опыт собственно просмотра «Экстаз» (хотя, пожалуй, скорее слово «Приход» является максимально точным переводом оригинального Climax): не затихающий ни на секунду бит не столько пульсирует, сколько подавляет, длинные, протяжные и подвижные планы засасывают и зрителя в стены проклятой школы, движения, столкновения и сплетения пластичных тел в кадре производят почти тактильный по степени воздействия эффект. Как и в случае предыдущих работ Гаспара Ноэ, «Экстаз» заставляет говорить о себе как о тотальном кино: лишенном любых лакун, отрезающем возможности для интерпретации, предлагая вместо нее нечто поинтереснее — опыт подлинного, не риторического сопереживания. Тем интереснее, что при постоянстве стиля метод франко-аргентинского режиссера здесь оказывается принципиально иным, чем в случае «Входа в пустоту» или даже «Любви». Эти фильмы транслировали переживание максимально субъективное. «Вход в пустоту» буквально воссоздавал на экране видения человека, пребывающего одновременно под действием ДМТ и на грани смерти. «Любовь» же присаживалась на плечо (и другие части тела) своего главного героя, стремясь уже не передать его чувства, но произвести химическую реакцию между ними и почти наверняка наличествующим романтическим опытом самого зрителя.

«Экстаз» же, напротив, не делает попыток визуализировать, имитировать наркотический эффект — Ноэ в этот раз занимает позицию не соучастника, но соглядатая. Самое большое достижение фильма — то, что даже эта отстраненность не мешает его фильму подключать зрителя к разворачивающемуся в кадре трипу, в отсутствие всякого допинга генерировать у аудитории выброс...

В прокате — возможно, самая горячая неделя года. На экраны выходит сразу несколько фильмов, предлагающих как минимум неповторимые зрительские переживания: Гаспар Ноэ погружает в наркооргию «Экстаза», Дэмьен Шазелл отправляет на Луну, а Николас Кейдж срывает башни в «Мэнди».

«Экстаз» (Climax)
Режиссер — Гаспар Ноэ

Зима 1996-го. В бывшей Югославии еще бушует война, Daft Punk и «Ненависть» Матье Кассовица впервые добираются до США, где в школе города Мозес Лэйк как раз происходит один из первых громких актов подросткового насилия. Тем временем во Франции в другой заброшенной школе где-то за городом собираются два десятка танцоров обоих полов и самых разнообразных этносов, диджей Дэдди (Кидди Смайл) и захватившая с собой ребенка хореограф (Клод-Эммануэль Гажан Молль) — чтобы отрепетировать изощренный номер для будущих выступлений. После финального — безукоризненно исполненного — прогона начинается вечеринка: Дэдди заводит на виниле гараж-хаус, парни и девушки присматриваются друг к другу, выбирая объекты для ухаживания, танцы становятся расслабленнее, по пластиковым стаканчикам разливается домашняя сангрия из большого таза, отхлебнуть которую успевает даже шестилетний Тито. Большая, большая ошибка — вместо алкогольного опьянения всех собравшихся ждет незапланированный, до невыносимости интенсивный приход. Кто же подмешал наркотики в сангрию и о каком именно веществе речь? Ответов не будет — только паника, хаос, насилие, секс. Жизнь, вдруг взвинтившаяся до сверхчеловеческих оборотов, и смерть как абсолютный, самый чистый и насыщенный из предлагаемых ей опытов.

Предельно интенсивным оказывается и опыт собственно просмотра «Экстаз» (хотя, пожалуй, скорее слово «Приход» является максимально точным переводом оригинального Climax): не затихающий ни на секунду бит не столько пульсирует, сколько подавляет, длинные, протяжные и подвижные планы засасывают и зрителя в стены проклятой школы, движения, столкновения и сплетения пластичных тел в кадре производят почти тактильный по степени воздействия эффект. Как и в случае предыдущих работ Гаспара Ноэ, «Экстаз» заставляет говорить о себе как о тотальном кино: лишенном любых лакун, отрезающем возможности для интерпретации, предлагая вместо нее нечто поинтереснее — опыт подлинного, не риторического сопереживания. Тем интереснее, что при постоянстве стиля метод франко-аргентинского режиссера здесь оказывается принципиально иным, чем в случае «Входа в пустоту» или даже «Любви». Эти фильмы транслировали переживание максимально субъективное. «Вход в пустоту» буквально воссоздавал на экране видения человека, пребывающего одновременно под действием ДМТ и на грани смерти. «Любовь» же присаживалась на плечо (и другие части тела) своего главного героя, стремясь уже не передать его чувства, но произвести химическую реакцию между ними и почти наверняка наличествующим романтическим опытом самого зрителя.

«Экстаз» же, напротив, не делает попыток визуализировать, имитировать наркотический эффект — Ноэ в этот раз занимает позицию не соучастника, но соглядатая. Самое большое достижение фильма — то, что даже эта отстраненность не мешает его фильму подключать зрителя к разворачивающемуся в кадре трипу, в отсутствие всякого допинга генерировать у аудитории выброс допамина в кровь и превращать процесс кинопросмотра в натуральный и мало на что похожий экспириенс, упоительную балансировку между трансом и экстазом. Его задача в данном случае понятна: там, где «Любовь» и «Вход в пустоту» работали с индивидуальным, персональным переживанием (апогеем, пределом телесности и бестелесности соответственно), «Экстаз» интересуется коллективным опытом — и религиозное значение слова «экстаз» здесь тоже оказывается более чем уместно. Характерно, что вовлечение в этот опыт зрителя достигается даже не сюжетом или имитацией наркотического эффекта, а вполне нейтральными вне контекста средствами кинематографа: продолжительностью планов камеры, свободой ее движений, лежащей в основе существования актеров-непрофессионалов в кадре импровизацией, контрастом между визуальным рядом и музыкальным фоном, почти насильственной резкостью монтажных склеек. И нет ничего удивительного, что полтора часа «Экстаза» ощущаются таким шаманическим, сакральным переживанием, — в конце концов, кино тоже представляет собой именно что чрезмерный, абсолютный в своих деталях коллективный опыт. И да, конечно же, является наркотиком. Возможно, даже лучшим из всех, доступных человечеству.

Купить билеты на фильм «Экстаз» на «Афише»

1983 год, горы Шэдоу на границе между Калифорнией и Невадой. Впрочем, конкретные время и пространство в «Мэнди», втором фильме Паноса Косматоса (сына режиссера «Рэмбо 2» и «Кобры» Джорджа П. Косматоса), хотя и напоминают о себе постоянными вторжениями актуальной на тот момент поп-культуры, быстро, с первой пролитой в кадре каплей ЛСД становятся если не абстрактными, то универсальными — или даже мифологическими: кажется, эти густые леса, инопланетные горные хребты, пустынные пейзажи созданы для того, чтобы служить местом последней битвы за душу и рассудок человечества. Она, как с первых кадров намекает тревожный дроун саундтрека, не заставит себя ждать. Вот сектанты под предводительством экс-певца-эротомана Джеремайи Сэнда (Лайнас Роуч) замечают на дороге Мэнди ( Андреа Райзборо ), волоокую иллюстраторшу, которая приходится девушкой местному лесорубу Реду (Николас Кейдж). А вот уже, захватив пару с помощью демонических байкеров-каннибалов, ритуально сжигают женщину на глазах одуревшего от боли бойфренда. Придя в себя, тот вылакает бутылку водки, проорется и прорыдает, а затем выкует себе натуральную алебарду (серьезно) — и отправится мстить. Все — от обидчиков до жертвы и мстителя — при этом не избегут лютого, размывающего границы между Землей и Юпитером, кино и анимацией, человеческим и животным, кислотного трипа.

Десяток, даже два пополнений в галерею самых безумных физиономических упражнений в актерской карьере Николаса Кейджа (здесь его замечательное лицо еще и полфильма залито кровью). Дуэль алебарды и бензопилы. King Crimson и квази-Вангелис. Пригоршня кокаина и прикуренная от горящей отрубленной головы сигарета. Декораторское соло на дым-машине и самый последовательный лет за 20 оммаж эстетике «Подземелий и драконов», Бориса Валлехо и дум-метала (причем одновременно). Перечислять элементы, из которых складывает свою и смехотворную, и величественную ЛСД-фэнтези-сагу Косматос, можно более-менее бесконечно — только отбирая удовольствие от вхождения в этот адски эффектный мир у будущего зрителя. Самым интересным приемом режиссера здесь, впрочем, оказывается сам ритм «Мэнди», тягучий и гипнотический, имитирующий сразу гул дроун-сладжа и неспешность кислотного прихода — многочисленные образцы вдохновения Косматоса (как и принадлежащие к столь любимой им эпохе фильмы отца) предпочитали куда более торопливый, резвый темп. Что ж, удачное жанровое, ретро-ориентированное кино всегда так или иначе отражает время собственного создания — и этот открывающийся ультраконсервативной речью Рейгана по радио фильм, похоже, через эту медлительность и через поиск возможности выплеснуть накопившуюся ярость сообщает нам о невыносимой, вязкой, парализующей густоте наших дней, тоже консервативную риторику повсеместно приветствующих.

Купить билеты на фильм «Мэнди» на «Афише»

«Орел приземлился». «Маленький шаг для человека и огромный скачок для человечества». Что чувствовал тот, кто произнес эти слова — и, собственно говоря, сделал тот самый шажок, первым ступив на лунную поверхность? Что ж, вот в первой сцене «Человека на Луне», новой работы оскаровского лауреата за «Ла-Ла Ленд» Дэмьена Шазелла, Нил Армстронг уже демонстрирует редкую выдержку в кризисной ситуации — его экспериментальный самолет вместо запланированного снижения отскакивает от атмосферы обратно ввысь, но сотрясаемый (вместе со зрителем, которого здесь встречают радикальной турбулентностью камеры) перегрузками пилот ухитряется вернуть управление и все-таки совершить посадку. Куда сложнее сдержать эмоции Армстронгу будет уже в следующем эпизоде, в котором от рака умирает его крошечная дочь — но если жена летчика Джанет ( Клэр Фой ) после похорон ребенка впадет в прострацию, то сам он уже на следующий день отправится на работу. А потом и вовсе успешно пройдет отбор в программу НАСА «Гемини», целью которой будет поставлено прилунение, причем со сверхзадачей опередить пока что побеждающий в космической гонке Советский Союз. За весь оставшийся фильм Армстронг, отказываясь открываться даже жене и ближайшим друзьям, упомянет умершую дочь лишь раз — но память о ней, как дадут понять флешбэки, будет придавать ему сил сначала все годы подготовки к миссии «Аполло» через неисправности, сомнения и гибели коллег, а затем и во время самой высадки на Луну.

Шазелл — после «Одержимости» и « Ла-Ла Ленда », наверное, можно сказать, что привычно, — даже на уровне структуры рассказывает историю о том, какой ценой осуществляется мечта. Другое дело, что в данном случае речь идет о мечте уже не персональной, как у героев его прошлых фильмов, а коллективной — сам же Армстронг за исключением своей знаменитой фразы громких заявлений о лунной миссии избегает, да и в остальном не то чтобы словами разбрасывается.

Одержимый, судя по всему, размышлениями о профессиональной реализации, Шазелл показывает, что первым человеком на Луне двигало в первую очередь стремление не к личной или национальной славе, а к забытью, к бегству в работу от пережитой трагедии. Неудивительно, что в итоге преисполненными наибольшего напряжения у него оказываются сцены домашней жизни Армстронга, которые раз за разом искрят короткими замыканиями, попытками астронавта закрыться в себе и взваленной на плечи миссии от друзей, сыновей, постепенно теряющей терпение жены. В этих же эпизодах проявляется и самое последовательное формальное решение режиссера — втыкающегося камерой в лица актеров такими сверхкрупными, до подслеповатости, планами, что внятно, убедительно транслируется туннельный синдром прячущегося в одном деле от всех остальных человека.

Вот только такой подход неизбежно приводит здесь к ослаблению драмы в космических сценах, с одной стороны, и с другой — даже некоторой символической дегуманизации Армстронга, возносящегося не только над Землей, но и над своей человеческой природой: тем уместнее, к слову, талант артиста Гослинга оставаться выразительным с абсолютно неподвижным лицом — пока то и вовсе не скроется под непроницаемым стеклом шлема, отражающего космос, эту великую пустоту. Но и неудивительно, что с точки зрения структуры, порядка киномышления, Шазеллу в итоге не остается ничего другого, кроме как, после грандиозной лунной кульминации, более-менее расписаться в отсутствии правды в небесах — и своего героя все же вернуть в лоно человечества, чувствующего и нуждающегося в тепле близких. В этом контексте самым проницательным оказывается самый мимолетный персонаж «Человека на Луне» — исполняющий в короткой сцене-перебивке издевательскую Whitey on the Moon чернокожий артист Гил Скотт-Херон. Белый сверхчеловек, тебе не сбежать с этой планеты.

Купить билеты на фильм «Человек на Луне» на «Афише»

  https://lenta.ru/articles/2018/10/12/kino12102018/  
 
По теме
 
%d0%b0%d1%8d%d1%80%d0%be%d0%bf%d0%be%d1%80%d1%82 - Gorod55.Ru В топ-3 официального сайта конкурса «Великие имена России» попали три личности: военачальник Дмитрий Карбышев, набравший большее количество голосов, авиаконструктор Андрей Туполев и актер Михаил Ульянов.
17.11.2018
 
C 15 по 17 ноября в северной столице проходит VII Санкт-Петербургский международный культурный форум, в котором принимает участие делегация Омской области во главе с министром культуры Юрием Трофимовым.
17.11.2018
Бетховен сквозь пространство и время - BiletOmsk.Ru 21 ноября в Концертном зале филармонии Омский академический симфонический оркестр объединит абсолютную классику и ультрасовременность.
16.11.2018
 
Два века Петербурга в музее им. Врубеля - BiletOmsk.Ru Живопись, графика XVIII–XIX веков из из собрания Государственного музея истории Санкт-Петербурга с видами столицы Российской империи Петербурга.
16.11.2018
 
Омичей зовут в театр прямо перед Новым годом - Om1.Ru Фото: Кристина Абрамян Зрителям покажут веселую и легкую комедию. Сегодня, 16 ноября, в Омске состоялась пресс-конференция, где спикеры рассказали про предстоящие новогодние праздники.
16.11.2018
В Госдуме предложили - FlashSiberia источник: FlashSiberia фото: ТАСС Депутат Госдумы Виталий Милонов предложил генеральному директору "Аэрофлот" Виталию Савельеву присвоить одному из самолетов имя музыканта Егора Летова.
17.11.2018 FlashSiberia
Автор Виолетта Гордиенко Фото Евгений Кармаев Актер Лицейского театра Алексей Осипов за несколько лет службы искусству смог завоевать сердца не только взрослых, но и самых маленьких зрителей.
14.11.2018 Омская правда
Как Омичи отметили День народного единства Праздник для всех Театральный сквер возле Концертного зала стал главной площадкой гуляний в День народного единства.
07.11.2018 Омская правда
В Госдуме предложили - FlashSiberia источник: FlashSiberia фото: ТАСС Депутат Госдумы Виталий Милонов предложил генеральному директору "Аэрофлот" Виталию Савельеву присвоить одному из самолетов имя музыканта Егора Летова.
17.11.2018 FlashSiberia
Куда сходить в Омске на Новый год  - Пульс Live В пресс-центре Союза журналистов прошла встреча главного Деда Мороза Омска с представителями СМИ, на которой он рассказал о готовящихся новогодних сюрпризах.
16.11.2018 Пульс Live