«Не только играем, но и исповедуемся»

Фото: www.omsktime.ru

Театр имени Моссовета отмечает 95-летие. В далеком 1923 году его создал режиссер Сергей Прокофьев, а труппа тогда насчитывала всего девять человек. Сегодня это легендарная площадка с богатой на звездные имена историей. О том, чем сегодня живет театр, «Известиям» рассказал народный артист России Виктор Сухоруков.

— Как вы вошли в труппу Театра им. Моссовета?

— Когда я работал в Санкт-Петербурге, у меня был творческий кризис. Олег Меньшиков затащил меня в Москву. Я был задействован в спектакле «Игроки» на сцене «Под крышей» в театре Моссовета. Тогдашний художественный руководитель Павел Хомский и директор Валентина Панфилова неоднократно приглашали меня к творческому союзу, но я, как говорится, рожей кривил, да ножкой вилял. Ну что я — свободный художник — пойду в академический театр? Я хочу воздуха и полета. В итоге они пригласили меня на роль царя Феодора в спектакль «Царство отца и сына», я вошел в это озеро, да так в нем и плаваю.

Для меня Театр Моссовета стал родным домом. Именно его история укрепляет мою любовь и привязанность. Сегодня иду по коридору в гримерку, а на стенах висят бронзовые таблички с именами великих артистов. А это, на минуточку, Фаина Раневская, Вера Марецкая, Любовь Орлова, Георгий Жженов и многие другие. В воздухе витает их дух. Я не о каких-то там ведьмах и призраках, а о том, что эти артисты, служа в театре, оставили после себя особую ауру. Этим надо дорожить. Но и сегодня есть глыбистые актеры: Анатолий Адоскин, игравший в «Девчатах», Николай Лебедев, исполнивший роль главы семейства в картине «Евдокия», Ольга Остроумова, знакомая зрителю по фильму «А зори здесь тихие», Валентина Талызина и так далее.

Театр имеет и большой арсенал талантливой молодежи: Алексей Трофимов, Юлия Хлынина, Паша Деревянко, Екатерина Гусева и другие. И весь этот цветник вырос под крышей Государственного академического театра Моссовета. И хотя само название немножко антикварное, главное, что на этой сцене могут существовать разные жанры, стили и направления. Может быть, наш театр тем и прекрасен, что у него нет черного и белого, а намешаны все цвета.

— После смерти Павла Хомского за художественную составляющую отвечает триумвират: Юрский, Еремин и Кончаловский. Часто, когда нет художественного руководителя, в труппе начинается брожение…

— Вы подобрали немножко техническое слово — «триумвират». Лучше сказать «режиссерская коллегия» или «творческий клуб». В принципе, можно как угодно назвать, главное, что за этим понятием стоят авторитетные люди — режиссер Юрий Еремин, прекрасный актер и режиссер Сергей Юрский, Андрей Кончаловский, которого даже представлять не надо. Другое дело, как они существует в сегодняшнем театре, как реагируют на жизнь коллектива и влияют на репертуарную политику? Я не могу дать вам точного ответа на эти вопросы.

Для меня главный критерий успеха — посещаемость. Если театр заполняется, значит, всё в порядке, он существует правильно. Это сигнал всем возмущенным, потому что театра, которым все довольны на 100%, никогда не будет. Мы, актеры, — все личности, эгоисты, шкурные люди, дети и дураки. Нам всегда будет чего-то не хватать. Будет казаться, что в другом...

Театр имени Моссовета отмечает 95-летие. В далеком 1923 году его создал режиссер Сергей Прокофьев, а труппа тогда насчитывала всего девять человек. Сегодня это легендарная площадка с богатой на звездные имена историей. О том, чем сегодня живет театр, «Известиям» рассказал народный артист России Виктор Сухоруков.

— Как вы вошли в труппу Театра им. Моссовета?

— Когда я работал в Санкт-Петербурге, у  меня был творческий кризис. Олег Меньшиков затащил меня в Москву. Я был задействован в спектакле «Игроки» на сцене «Под крышей» в театре Моссовета. Тогдашний художественный руководитель Павел Хомский и директор Валентина Панфилова неоднократно приглашали меня к творческому союзу, но я, как говорится, рожей кривил, да ножкой вилял. Ну что я — свободный художник — пойду в академический театр? Я хочу воздуха и полета. В итоге они пригласили меня на роль царя Феодора в спектакль «Царство отца и сына», я вошел в это озеро, да так в нем и плаваю.

Для меня Театр Моссовета стал родным домом. Именно его история укрепляет мою любовь и привязанность. Сегодня иду по коридору в гримерку, а на стенах висят бронзовые таблички с именами великих артистов. А это, на минуточку, Фаина Раневская, Вера Марецкая, Любовь Орлова, Георгий Жженов и многие другие. В воздухе витает их дух. Я не о каких-то там ведьмах и призраках, а о том, что эти артисты, служа в театре, оставили после себя особую  ауру. Этим надо дорожить. Но и сегодня есть глыбистые актеры: Анатолий Адоскин, игравший в «Девчатах», Николай Лебедев, исполнивший роль главы семейства в картине «Евдокия», Ольга Остроумова, знакомая зрителю по фильму «А зори здесь тихие», Валентина Талызина и так далее.

Театр имеет и большой арсенал талантливой молодежи: Алексей Трофимов, Юлия Хлынина, Паша Деревянко, Екатерина Гусева и другие. И весь этот цветник вырос под крышей Государственного академического театра Моссовета. И хотя само название немножко антикварное, главное, что на этой сцене могут существовать разные жанры, стили и направления. Может быть, наш театр тем и прекрасен, что у него нет черного и белого, а намешаны все цвета.

— После смерти Павла Хомского за художественную составляющую отвечает триумвират: Юрский, Еремин и Кончаловский. Часто, когда нет художественного руководителя, в труппе начинается брожение…

— Вы подобрали немножко техническое слово —  «триумвират». Лучше сказать «режиссерская коллегия» или «творческий клуб». В принципе, можно как угодно назвать, главное, что за этим понятием стоят авторитетные люди — режиссер Юрий Еремин, прекрасный актер и режиссер Сергей Юрский, Андрей Кончаловский, которого даже представлять не надо. Другое дело, как они существует в сегодняшнем театре, как реагируют на жизнь коллектива и влияют на репертуарную политику? Я не могу дать вам точного ответа на эти вопросы.

Для меня главный критерий успеха — посещаемость. Если театр заполняется, значит, всё в порядке, он существует правильно. Это сигнал всем возмущенным, потому что театра, которым все довольны  на 100%, никогда не будет. Мы, актеры,  — все личности, эгоисты, шкурные люди, дети и дураки. Нам всегда будет чего-то не хватать. Будет казаться, что в другом магазине продуктов больше, а соседняя улица чище. Так было всегда, есть, и никуда от этого не деться.

— Так было даже в периоды, когда театр Моссовета возглавляли Завадский, а после — Хомский?

— Вы думаете, что от Юрия Завадского никто не уходил? Вспомните, как он говорил Фаине Раневской: «Вон из театра!», а она ему кричала: «Вон из искусства!». Потом, правда, она вернулась, но было и такое. Я начинал творческую жизнь и «клевал свое будущее» из ладоней Петра Фоменко в Театре комедии имени Акимова. Думаете, на него тогда не катили бочку и не писали письма? Его проклинали, да еще как! Но прошло время, и он создал потрясающий театр. Так что говорить о том, что коллективу нужен лидер со своей программой… Да не программа нужна, а именно руководитель. Если он сохранит историю, чистоту театра, будет усиливать коллектив талантами, вести всю эту машину во благо публики и общества, то снаружи никто даже не будет обращать внимание, есть ли там начальничек. Главное, чтобы из театра исходили великая фантазия и сияние.

— После ухода Олега Табакова Минкультуры назначило в МХТ им. Чехова нового худрука. Как думаете, почему театру Моссовета позволили самостоятельно выбрать модель управления?

— Скажу честно, в Москве сегодня назревает определенная проблема. Она уже рядом, у порога и даже приоткрыла дверь. Зовется она «утверждение художественного руководителя». Во многих столичных театрах худруки в почтенном возрасте, конечно, они требуют к себе уважения, почета. Им нужно символическое президентство, но уже явно не управление коллективом. Кто их будет заменять? Вот ушел Олег Павлович, создалась непростая ситуация. Не знаю, почему никого не назначили, когда ушел Павел Хомский, могу лишь предположить, что одна из причин — творческая и финансовая состоятельность театра. Да, внутри нашего коллектива существует определенное брожение, есть люди, претендующие на кабинет худрука, но я даже это обсуждать не буду. Мне это неинтересно.

— Давайте тогда поговорим о зрителе, который целенаправленно идет в Театр Моссовета и лично на Виктора Сухорукова…

— Недавно один знакомый актер, лукаво прищурившись, сказал мне: «Открой интернет, почитай отзывы на свои спектакли». Я не дружу с интернетом, но тем ни менее послюнявил пальчик, нажал на клавиши и нашел. Бог ты мой! Какой разброс мнений, вкусов, симпатий и антипатий — дух захватывает. И вдруг я понял, что задохнулся не от восхищений, не от отрицания и низвержения, а от разнообразия. Кому верить? Кто профессиональнее в своих суждениях? Верить надо аншлагу. И в театре Моссовета он присутствует.

Когда-то меня спросили:  «Как тебе, Витя, играется на моссоветовской сцене?» Я ответил —  легко и замечательно. Эта сцена держит меня, как на батуте, помогает быть легким, изящным, интересным, да и, в конце концов, помогает демонстрировать публике свой талант, который надеюсь, во мне существует.

— Я был на вашей недавней премьере «Встречайте, мы уходим». Особой рекламы спектакля не было, но сегодня на него не попасть. Как думаете, в чем причина: тема одиноких стариков, актер Сухоруков, сам театр?

— Встаньте после спектакля у театра и поспрошайте зрителя. Лично для меня это загадка, феномен. Я считаю спектакль «Встречайте, мы уходим» простым и наивным. Даже примитивным! Он очень легок и незатейлив, оформление простенькое. А народ торжествует и громко благодарит. Может это, потому что мы не умничаем, не хамим и не унижаем публику, а разговариваем со зрителем, как с родными. Не только играем, но и исповедуемся. Зритель это чувствует и благодарит в ответ не только аплодисментами, но и полным залом.

— Чем лично для вас стал Театр им. Моссовета?

—  Отвечу весело: театр Моссовета — мой родной курятник. Меня здесь ценят, дают главные роли, у меня тут трудовая книжка в сейфе лежит. Я здесь свой.

Справка «Известий»

Виктор Сухоруков окончил ГИТИС в 1978 году и по приглашению Петра Фоменко вошел в труппу Театра комедии имени Акимова. В Ленинграде сменил несколько театров и в 2000-х годах переехал  в Москву.

С 2010-го состоит в труппе Театра им. Моссовета, также играет в спектаклях Театра им. Вахтангова и в Театре на Малой Бронной. Снялся почти в 90 фильмах, среди которых —  «Брат» и «Брат-2», «Бедный, бедный Павел», «Овсянки» и др. Народный артист России, лауреат кинопремий «Ника» и «Золотой орел».

  iz.ru  
 
По теме
«Стараемся жить по театральным заповедям» - ИА Омскрегион В ресторане «Сенкевич» состоялся «Культурный завтрак с «Омской правдой», на который была приглашена чета актеров академического театра драмы Владислав Пузырников и Анна Ходюн.
02.05.2018
«Стараемся жить по театральным заповедям» - Омская правда Автор Светлана Васильева Фото Евгений Кармаев В ресторане «Сенкевич» состоялся «Культурный завтрак с «Омской правдой», на который была приглашена чета актеров академического театра драмы Владислав Пузырников и Анна Ходюн.
02.05.2018
 
 
 
В Госдуме предложили - FlashSiberia источник: FlashSiberia фото: ТАСС Депутат Госдумы Виталий Милонов предложил генеральному директору "Аэрофлот" Виталию Савельеву присвоить одному из самолетов имя музыканта Егора Летова.
17.11.2018 FlashSiberia
Автор Виолетта Гордиенко Фото Евгений Кармаев Актер Лицейского театра Алексей Осипов за несколько лет службы искусству смог завоевать сердца не только взрослых, но и самых маленьких зрителей.
14.11.2018 Омская правда
Как Омичи отметили День народного единства Праздник для всех Театральный сквер возле Концертного зала стал главной площадкой гуляний в День народного единства.
07.11.2018 Омская правда
В Госдуме предложили - FlashSiberia источник: FlashSiberia фото: ТАСС Депутат Госдумы Виталий Милонов предложил генеральному директору "Аэрофлот" Виталию Савельеву присвоить одному из самолетов имя музыканта Егора Летова.
17.11.2018 FlashSiberia
Опрос лишил омичку денег - СуперОмск Омичка поверила сообщениям от банка, а зря. 41-летняя жительница Ленинского округа пришла с полицию с заявлением о хищении денег.
17.11.2018 СуперОмск